«Тихо, по-партизански»: как работает система помощи участникам протестов в Беларуси

«Тихо, по-партизански»: как работает система помощи участникам протестов в Беларуси

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

На фоне массовых протестов, которые длятся в Беларуси уже полтора месяца, в стране появились десятки фондов помощи тем, кто пострадал на массовых акциях или лишился работы из-за своих взглядов. Деньги в них переводят предприниматели и обычные люди из разных стран. Как эти фонды работают в условиях, когда власть им активно мешает?

Майор милиции Беларуси Сергей Курочкин в конце августа этого года подал рапорт об увольнении.

За 10 дней до этого в Минске пропал его двоюродный брат. Спустя несколько дней выяснилось, что он находился в изоляторе на улице Окрестина. Оттуда мужчина вышел с огромными синяками и переломом ребра. Милиция задержала его, когда он вместе с приятелем просто стоял в очереди в одном из магазинов, говорит Сергей Курочкин.

«Поразили обстоятельства того, что произошло. Несмотря на то, что я сам являюсь действующим сотрудником милиции и обладаю некоторыми навыками проведения оперативно-розыскных мероприятий, обладаю некоторыми связями, все равно мне не удалось установить местонахождение своего брата», — вспоминает бывший милиционер.

21 августа Сергей Курочкин записал видеообращение, объяснив землякам причины, по которым он покидает службу, а на следующий день написал рапорт об увольнении и больше на работу не приходил.

«Органы внутренних дел сейчас по сути являются инструментом в руках одного человека», — так объясняет свое решение Сергей Курочкин в беседе с Би-би-си.

По словам Сергея, ему просто повезло, что он находился в регионе, «где с 9 августа преступных приказов не отдавалось».

  • Истошные крики и зубы на полу. Что происходило с задержанными во время протестов в Гомеле
  • «Мне не по себе от кадров, где люди с дырками в теле». Интервью главреда Nexta — крупнейшего протестного канала в Беларуси
  • «Не знаю, кто все эти люди». Треть участников КС оппозиции Беларуси пропали, арестованы или допрошены

«Однако я не могу быть уверен, что такой приказ не будет отдан сегодня или завтра», — добавляет он.

В милиции Сергей Курочкин отслужил более 20 лет, теперь, по его словам, скорее всего, будет искать себе «более мирное» занятие.

Сергея Курочкина уволили через 10 дней после подачи рапорта — с формулировкой «за прогулы». Теперь ему предстоит выплатить государству более 6 тысяч белорусских рублей (более 2 300 долларов) отступных.

Белорусские милиционеры при увольнении раньше срока, указанного в контракте, обязаны выплатить государству неустойку. А выпускникам академии МВД нужно отработать пять лет в милиции, иначе придется выплатить всю стоимость обучения.

У Сергея — семья, дети, кредиты. Жена Сергея поддерживает его решение, но ей также пришлось уволиться.

После увольнения Курочкин по совету друзей обратился сразу в несколько фондов, помогающим тем, кто потерял работу из-за своей гражданской позиции. Первым на обращение откликнулся Фонд солидарности (BYSOL), который помогает людям, потерявшим работу из-за несогласия с действиями белорусских властей. Сергею фонд выдал стандартную единоразовую выплату в размере 1500 евро.

Сергей по-прежнему должен выплатить государству «неустойку», но в Фонде солидарности говорят, что сейчас как раз работают над схемами выплат отступных для силовиков.

Русская служба Би-би-си разбиралась, как работает в Беларуси система помощи пострадавшим во время протестов и тем, кто лишился работы из-за несогласия с политикой государства.

«Цунами» пожертвований

Люди, получившие помощь от фондов, а также сами фонды не раскрывают, каким образом они передают помощь. Это мера предосторожности — в фондах опасаются, что власти страны могут перекрыть канал перевода средств для пострадавших и уволенных.

  • «Эта инициатива была слишком успешной»: почему основатель PandaDoc остановил проект помощи бывшим ОМОНовцам

Эти опасения сложно назвать безосновательными — это показывает история белорусского предпринимателя Микиты Микадо. 13 августа живущий в Сан-Франциско глава компании PandaDoc Микита Микадо обратился к белорусским силовикам, призвав их «переходить на сторону добра» и обращаться к нему за финансовой помощью.

2 сентября в минский офис PandaDoc с обыском пришли представители департамента финансовых расследований комитета госконтроля Беларуси. Четыре руководителя компании в Минске были арестованы, в отношении них было заведено уголовное дело. Позже белорусские власти также заблокировали счета PandaDoc в стране, из-за чего у компании теперь нет возможности выплатить зарплату 250 сотрудникам, сделать отчисления в Фонд соцзащиты, а также заплатить налоги.

  • «Позитивного сценария нет»: Микита Микадо — об арестах своих сотрудников, исходе IT-сектора из Беларуси и закрытии проекта помощи ОМОНовцам
  • «Яндекс» и не только. Крупные IT-компании задумались о переезде из Беларуси

В середине сентября Микита Микадо был вынужден закрыть проект помощи лишившимся работы силовикам Protect Belarus, он призвал всех их обращаться в другие аналогичные проекты.

Микадо также участвовал в создании фонда BYSOL, но этот фонд не был основным проектом предпринимателя. BYSOL продолжает работать, как и многие другие фонды, которые помогают белорусам, пострадавшим за свои взгляды.

Микадо жертвовал в фонды деньги из своего капитала, суммы пожертвований он не раскрывает. Кроме него, в фонды жертвуют и тысячи других людей. «Это не волна, это цунами [пожертвований]», — рассказывал Микадо в беседе с Би-би-си в середине августа.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

Близкие встречают людей, выходящих из изолятора на Окрестина в Минске

Представители других белорусских фондов, которые продолжают работать, также говорят о большом объеме поступлений.

В истории независимой Беларуси никогда не было такого объема пожертвований и такого большого количества желающих помочь, говорит в разговоре с Би-би-си юрист Олег Волчек, который занимается правозащитной деятельностью с 1998 года. «Это феномен, у нас раньше такого не было», — говорит он.

Основательница и руководитель платформы «Имена» Екатерина Синюк говорит, что за несколько дней после открытия экстренного сбора средств на медпомощь для пострадавших во время мирных акций протеста в Беларуси было собрано столько денег, сколько обычно поступает в «Имена» на различные благотворительные проекты за год.

«Сбор длился буквально пару дней, и мы его закрыли. Мы собрали более миллиона белорусских рублей (более 320 тысяч евро) — этой суммы более чем достаточно на сегодняшний день [для оказания помощи пострадавшим]», — рассказывает Екатерина Синюк.

Фонд By_help, проводивший сбор для оплаты штрафов и помощи задержанным и пострадавшим во время мирных акций протеста, вместе с фондом BYSOL за несколько недель после дня голосования собрали 5 млн долларов.

Теперь белорусы, каким-либо образом пострадавшие за время политической нестабильности, могут рассчитывать на помощь многочисленных инициатив и фондов. Среди них, например, есть отдельные фонды помощи спортсменам, журналистам или членам избирательных комиссий, пострадавшим за свои взгляды. Отдельные фонды помогают людям, которые получили серьезные физические травмы.

Есть также контактный центр Probono.by, который заработал 14 августа: если человек не знает, куда обратиться за помощью, тут ему помогут волонтеры. Их у Probono.by более 100: около 60 волонтеров колл-центра и еще человек 50 отвечают за «координирование процессов на месте».

У Probono также есть свои юристы и психологи, работающие на волонтерских началах, которые могут проконсультировать обращающихся за помощью.

В среднем за сутки на горячую линию обращаются по 100 человек, в выходные их число заметно увеличивается из-за новых задержаний на акциях протеста, рассказывает координатор Probono.by Яна Гончарова. Она уверяет, что это абсолютно волонтерская инициатива.

«Важно, чтобы люди чувствовали поддержку от других белорусов, понимали, что в случае чего общество придет на помощь, не только государство является субъектом, который может распределять финансовую поддержку», — говорит координатор Фонда солидарности BYSOL, правозащитник и волонтер Андрей Стрижак.

Как получить помощь?

«Раньше у нас такого не получалось в Беларуси, потому что всем казалось, что мы одни. А тут оказалось, что нас огромное количество, и что сочувствующих просто невероятное число», — говорит журналист Петр (имя изменено по его просьбе, он опасается новых проблем на работе).

Петр тоже оказался в числе тех, кому понадобилась помощь со стороны благотворительных фондов. Несколько недель назад он лишился работы из-за своей гражданской позиции, причем произошло это буквально за один день.

После увольнения Петр обратился в несколько проектов, в том числе и в BYSOL. «Заполнил форму на сайте, записал видео, в котором рассказал о ситуации, и ребята действительно достаточно быстро помогли после уточнения данных и проверки документов», — рассказывает Петр.

При этом, по его словам, на обращение отреагировали сразу несколько инициатив, которые старались оказать посильную помощь.

«Это дорогого стоит, тут даже вопрос не в деньгах. Буквально на следующий день после обращения ты понимаешь, что ты не один, что люди просто так помогают, и просто так жертвуют деньги, и просто так предлагают работу», — говорит Петр.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

В августе и начале сентября на акции протеста выходили рабочие многих заводов. Митинг шахтеров в Солигорске

В BYSOL Петру выдали трехмесячную зарплату (стандартные 1500 евро). Фонд, как правило, выплачивает три среднемесячных зарплаты. «Мы привязали среднемесячную зарплату к 500 евро, о которых говорил Лукашенко и которых у людей, конечно же, нет», — рассказывает Би-би-си координатор фонда Андрей Стрижак.

Кроме того, Петру предложили помощь в трудоустройстве и при необходимости — в переобучении.

«Если кто-то захочет стать программистом, на это надо около трех месяцев, и на эти три месяца как раз и есть деньги», — говорит журналист. Петр не исключает, что и для него будет актуальной перспектива уйти в IT на фоне ситуации в белорусских СМИ.

«Выбирать особо не приходится. Надо в IT — пойдем в IT. Надо дворы подметать — пойдем дворы подметать», — говорит Петр.

Для того, чтобы получить помощь, Петру достаточно было предоставить документы об увольнении, расчетные листки, по которым было понятно, сколько он проработал в компании, а также подробно рассказать об обстоятельствах увольнения.

Человека, который претендует на получение помощи, в BYSOL обычно просят предоставить документы об увольнении, заметки (если таковые были) в СМИ, справки от врачей или эпикриз из больницы, если ему оказывалась медпомощь.

Также в фонде просят обращающихся за помощью сформулировать свою гражданскую позицию и по возможности записать видеообращение, однако его публикация — необязательное условие предоставления помощи.

После проверки и одобрения заявления на получение помощи лишившемуся работы из-за его гражданской позиции выплачиваются стандартные 1500 евро.

Такую же сумму компенсации получают люди, которые хотят уйти со своей работы или службы в знак протеста. Как правило, это силовики или государственные служащие, которые должны еще выплатить государству «неустойку» за увольнение раньше срока истечения контракта.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

Некоторые госслужащие в Беларуси, а также сотрудники правоохранительных органов уволились в знак протеста

«По контрактным выплатам мы, скорее всего, будем помогать их выплатить. Но есть более серьезные платежи — платежи людей, которые учились на какую-либо специальность силовую и не успели отслужить. На таких при увольнении вешается очень большая сумма за обучение. И у нас позиция такая, что эти суммы за обучение оплачивать не нужно, потому что новая власть отменит эти кабальные условия», — говорит Андрей Стрижак.

Также BYSOL выделяет средства непосредственно стачкомам, которые, в свою очередь, распределяют их среди рабочих, участвующих в забастовках.

«Мы получаем от стачкомов информацию о количестве людей, которые участвуют в забастовке, среднюю сумму, которую они теряют, участвуя в забастовке — это расчетник за предыдущий месяц и за этот месяц. Мы компенсируем каждому человеку эту сумму для того, чтобы он чувствовал себя уверенно и мог дальше протестовать», — рассказывает Андрей Стрижак.

К 8 сентября в фонд обратились 816 человек, 282 заявки уже одобрены, выплаты на тот момент получили 52 человека. В сумме было выплачено помощи на 78 тысяч евро.

По похожей схеме работал и фонд Protect Belarus Микиты Микадо. По данным на 30 августа в Protect Belarus поступило почти 600 заявок, из них было обработано 322, одобрено 50 выплат, получено людьми — 26 выплат.

Кроме финансовой поддержки BYSOL также налаживает систему, которая поможет уволившимся получить новую квалификацию.

«Мы сводим их с бизнесом, который готов участвовать в переобучении и нанимать их на работу, — рассказывает Андрей Стрижак. — У нас есть система индивидуального менторства, когда люди из разных бизнесов могут взять под опеку человека, уволившегося или уволенного по политическим убеждениям».

«Пострадавших — тысячи», на реабилитацию могут уйти годы

Пострадавшие и оштрафованные во время разгона мирных акций протеста могут обратиться в проекты By_help и «Имена».

By_help помогает пострадавшим и задержанным оплатить штрафы, лечение, а также компенсирует плату за «сутки» (задержанные в Беларуси оплачивают стоимость суток пребывания в изоляторе под арестом) и оплачивает услуги адвокатов.

Для того, чтобы получить помощь от By_help, пострадавшему или его близким необходимо заполнить специальную форму на сайте. В качестве подтверждений в проекте принимают как медицинские справки о полученной травме, так и любые доказательства (фото/видео травм и т.д), которые позволят верифицировать полученную травму.

«Много кто ходит брать медицинское заключение, мы думали, будет меньше. Много кто приносит фото и видео», — говорит координатор By_help Алексей Леончик.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

Многие задержанные полицией жалуются на полученные травмы. Правозащитники и СМИ пишут о пытках

На 14 сентября фонд выплатил помощь на сумму 785 948 белорусских рублей (302 660 долларов). Эти деньги пошли на оплату 302 штрафов, 148 выплат по медицинской помощи, на компенсацию работы адвокатов (семь случаев), оплату пребывания в изоляторе (36 случаев).

By_help одним из первых начал сбор денег для помощи пострадавшим и оштрафованным в ходе мирных акций простеста.

Проект появился весной 2017 года, когда активисты объявили о сборе средств для репрессированных участников «Марша нетунеядцев», мирной акции протеста против введения налога для безработных в Беларуси. Тогда на оплату штрафов и помощь пострадавшим участникам «Марша нетунеядцев» By_help собрал рекордные на тот момент для фандрайзера в стране 55 тысяч долларов.

«Сейчас мы собрали 55 тысяч долларов за два часа — сразу после выборов. Сейчас у нас около трех млн евро. Это если брать во внимание только Facebook и PayPal. Есть еще другие фандрайзеры, другие сборы — так что это больше трех миллионов», — говорит координатор By_help Алексей Леончик.

Пострадавшим, которым требуется медицинская помощь, а также более длительное лечение и реабилитация, готовы помочь в благотворительном проекте «Имена». В «Именах» подчеркивают, что помогают людям безотносительно их политических взглядов. Как отмечают в фонде, среди обращающихся за помощью много тех, кто даже не собирался участвовать в акциях протеста, а просто «попал под раздачу».

«Имена» работают в Беларуси уже пять лет, платформа собирает деньги на различные благотворительные проекты — для помощи бездомным, на терапию для людей с ВИЧ, для выездной службы Белорусского детского хосписа и многих других.

Сбор денег для раненых и пострадавших «Имена» начали сразу после того, как начались массовые задержания и разгоны мирных акций протеста. Буквально за несколько дней проект собрал более миллиона белорусских рублей. Эту сумму в «Именах» посчитали достаточной и закрыли сбор. Оказалось, что многие медицинские центры готовы принимать пострадавших бесплатно.

«Пока у нас не было даже необходимости тратить те деньги, которые к нам пришли. Скорее всего, они будут тратиться позже на более долгосрочную реабилитацию», — говорит Екатерина Синюк.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

Акции протеста в Беларуси продолжаются почти полтора месяца

В «Именах» решили особое внимание уделить тем, кому требуется долгосрочная реабилитация и длительное лечение.

«Пострадавших очень много, их тысячи. Это трагедия, которая затронула людей по всей Беларуси. И я даже не знаю, сколько потребуется времени для того, чтобы найти всех. Пока мы ведем только какую-то часть и понимаем, что это далеко не все пострадавшие», — рассказывает Екатерина Синюк.

Чтобы получить помощь, необходимо заполнить специальную форму и приложить имеющиеся документы.

У каждого пострадавшего, обратившегося за помощью в центр, есть свой координатор, который «ведет» его на всех этапах лечения и помогает ему сориентироваться, найти лекарства или записаться на прием к специалисту.

В начале сентября в «Имена» продолжали поступать заявки от тех, кто получил травмы при разгоне мирных акций протеста 9-12 августа.

«Многие еще остаются в больницах, и заявку подаёт кто-то из их родственников или знакомых. Сейчас в основном у всех стадия лечения, а дальше будет реабилитация, это займет, наверное, месяцы, даже годы», — говорит Екатерина Синюк.

Трудности перевода

Люди, получившие помощь, и сами фонды не раскрывают конкретные способы передачи денежных средств и обычно не говорят, поступают ли они на банковские счета или передаются наличными.

Причина в том, что власти Беларуси считают незаконной деятельность фондов, не зарегистрированных на территории страны и оказывающих помощь пострадавшим.

9 сентября министерство юстиции Беларуси заявило, что деятельность фондов, осуществляющих сбор средств в пользу пострадавших, оштрафованных и уволенных «находится вне рамок правового поля», поскольку, согласно действующему в Беларуси законодательству, такие фонды должны проходить обязательную государственную регистрацию.

Кроме того, в минюсте Беларуси утверждают, что «отсутствие механизмов прозрачности и контроля может способствовать незаконному обогащению лиц, имеющих непосредственное отношение к сбору и распределению данных средств».

Микита Микадо рассказал Би-би-си, что направлять материальную помощь людям в Беларусь «невероятно сложно». «Режим 26 лет создавал систему, которая не пропускает финансовую помощь из-за рубежа. А финансовая помощь изнутри становится уголовным делом. Поэтому придумываем. Это одна очень большая проблема, которую приходится решать», — сказал Микадо.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

В Беларуси в последние годы сформировалось гражданское общество и средний класс во многом благодаря бурному развитию IT-сектора

Получившие помощь в большинстве своем предпочитают не рассказывать об этом. Часто человеку просто неловко, что ему уже помогли, а товарищам рядом — еще нет. К тому же с такой помощи (если она превысит 7 003 белорусских рубля, что по нынешнему растущему курсу примерно 2 300 евро) придется платить налог, зарегистрировав дарение в налоговой инспекции.

Рабочим, получившим по 1500 евро, тоже придется иметь дело с налоговой, например, если к этой сумме прибавятся еще какие-либо подарки или переводы.

Большая проблема — получить помощь из-за рубежа. В Беларуси она регулируется декретом президента «Об иностранной безвозмездной помощи» и должна поступать в страну через департамент по гуманитарной помощи при управлении делами президента, который только и может заниматься ее распределением.

Но департамент может сам перераспределить объемы помощи и адресатов, а то вовсе сообщить получателю, что считает это дарение нецелесообразным.

Новый средний класс и гражданское общество

Финансовая помощь из созданных фондов доходит до адресатов довольно быстро, утверждает Волчек. Пострадавшие белорусы получают поддержку благодаря механизмам, которые разработали IT-специалисты, уточняет он. Подробности этих механизмов не раскрываются.

Ранее один из основателей BYSOL Ярослав Лихачевский говорил изданию ForkLog, что в протесте может сыграть важную роль криптовалюта. «Власти активно обрезают поступления с иностранных счетов, проводят обыски на границе, чтобы не дать ввезти валюту. Поэтому мы решили задействовать биткоин как транспорт», — рассказал Лихачевский.

Многие фонды действительно собирают деньги в криптовалюте, например, Heroes of Belarus принимает пожертвования только в криптовалюте, при этом не ясно, как они затем распределяются.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

IT-бизнесмены еще в августе выступили против жестких задержаний протестующих

Андрей Стрижак на вопрос о механизмах перевода средств отвечает максимально общо.

«Достаточно сложный механизм передачи этих средств. Белорусское правительство делает все для того, чтобы обрубить все финансовые потоки. Но наши возможности чуть больше, чем их, потому что на нашей стороне креативность и способность искать нестандартные подходы», — говорит Андрей Стрижак, имея в виду, что на стороне фондов — белорусский IT-сектор.

  • Беларусь вышла на улицы. Выдержит ли экономика страны протесты и забастовки?
  • В Беларуси рекордный спад валютных резервов. Пять графиков о состоянии ее экономики

По словам Андрея Стрижака, успех BYSOL и других фондов объясняется сочетанием «сильных сторон гражданского сектора и IT».

По сути представители IT — это и есть настоящий средний класс в Беларуси, растущий год от года. Доля IT в ВВП Беларуси составляет 6,5%, высокие технологи обеспечивают около 50% прироста ВВП страны. Средняя зарплата айтишника как минимум в два раза выше средней по стране — условных 500 евро. В Минске живет более 60 тысяч сотрудников высокотехнологичных компаний. Они уже много лет являются основными жертвователями для различных благотворительных инициатив в Беларуси.

Сейчас они активно поддерживают благотворительные фонды, и не только рублем.

«Айтишники, которые раньше в разных компаниях просто были нашими донаторами в разных проектах, переводили деньги, подписывались, сейчас они уже интересуются такими вопросами, а как открыть свое НКО. То есть они поняли, что сейчас важнее помогать не только и не столько деньгами, многих фондов и многих инициатив еще нет и их нужно сейчас делать просто руками. Это очень хороший знак того, что люди становятся более ответственными друг перед другом», — говорит Екатерина Синюк.

Не только белорусская диаспора

Александр Лукашенко не раз заявлял, что протесты в Беларуси спонсируются и управляются из-за рубежа. Микита Микадо отвечает на это, что протесты спонсирует белорусский народ — деньги в фонды жертвуют люди, а не иностранные государства.

«Нет какого-то одного олигарха, который в «Фейсбуке» нажимал на кнопку 10 долларов 10 тысяч раз. Это народный фонд. Каждый скидывает по 5-10 долларов, потому что знают, что больше никто не поможет», — добавляет предприниматель.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

IT-сектор стал локомотивом белорусской экономики в последние годы

«География (жертвователей) очень широкая. В первую очередь надо отметить — благодаря тому, что фандрайзер «Фейсбука» принимает переводы с карточек практически любого банка мира, есть возможность принимать деньги даже с карточек белорусских банков. Говорю «даже», потому что белорусская власть делает все, чтобы оборвать эти потоки помощи», — говорит Андрей Стрижак.

«Иностранцы [среди жертвователей] были, но их не более 10%», — поясняет координатор By_help Алексей Леончик.

По словам Андрея Стрижака, из России пришло приблизительно столько же пожертвований, как из стран Западной Европы и США.

Свою роль для привлечения пожертвований из России сыграло то, что незадолго перед отравлением политик Алексей Навальный поддержал оба сбора — By_help и BYSOL, уверен Андрей Стрижак.

  • Навальный хочет вернуться. Первое фото в «Шарите». Главное за вторник
  • Как Навальный пережил контакт с «Новичком»? Почему пострадал только он? Отвечают токсикологи и эксперты по химоружию

9-12 августа пожертвования в фонд перечисляла в основном «заграница», точнее, белорусская диаспора за границей, уточняет Алексей Леончик.

«Вся белорусская диаспора мира сейчас сплотилась и работает вместе для того, чтобы эта власть поменялась. По нашим подсчетам, за время независимости около миллиона людей покинули страну, а это люди талантливые, активные, и сейчас уже богатые. Эти люди сейчас очень активно вовлекаются в помощь», — говорит Андрей Стрижак.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

Протестующим помогают белорусы, которые за последние несколько лет покинули страну

Алексей Леончик говорит, что сейчас уже не видит особой разницы между пожертвованиями диаспоры и донейшенами из Беларуси — как по количеству жертвователей, так и по перечисленным суммам.

Координатор By_help говорит, что в целом организация помощи в Беларуси сейчас почти не уступает другим странам с развитым гражданским обществом и приводит в пример организацию автосалонов в Беларуси, которые решили бесплатно ремонтировать машины пострадавших в ходе мирных акций протеста.

«До 2020 года было ощущение, что у нас только диаспора и есть. А вот 9 числа все внезапно поняли, что в Беларуси есть гражданское общество. Произошла потрясающая самоорганизация. У меня заявок от волонтеров на By_help было около 800 человек, — говорит Алексей Леончик. — Наверное, лет пять в Беларуси тихо, по-партизански, формировалось гражданское общество».

Источник: bbc.com

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *