Война в Сирии: Путин победил, Запад проиграл. Взгляд из Франции

Война в Сирии: Путин победил, Запад проиграл. Взгляд из Франции

Правообладатель иллюстрации
AFP

Image caption

30 сентября 2015 года Россия начала в Сирии военную операцию в поддержку президента Башара Асада

Полмиллиона человек погибли, больше десяти миллионов стали беженцами. Война затронула каждую семью и нанесла урон не только Сирии, но и западному миру с его идеалами и ценностями. А главным победителем вышла Россия Владимира Путина, полагает бывший посол Франции в Дамаске.

Мишель Дюкло, ныне специальный советник Института Монтеня, посвятил войне недавно вышедшую книгу «Долгая сирийская ночь» (La longue nuit syrienne). В беседе с Би-би-си он сказал, что сирийский конфликт, который Запад долго считал второстепенным, обернулся ростом популизма в Европе и перераспределением сил на Ближнем Востоке.

«На данном этапе поражение Европы в Сирии очевидно. Европейцы почти не присутствуют в регионе, американцы мечтают уйти, Путин держит в руках будущее конфликта вместе с Эрдоганом, Нетаньяху и Ираном», — пишет в книге Дюкло.

Европе и остальному миру еще предстоит провести работу над ошибками и избавиться от последствий «сирийского геополитического Чернобыля», как когда-то назвал происходящее в Сирии бывший руководитель ЦРУ Дэвид Петреус.

Главный урок сирийской войны, по мнению Дюкло, в том, что за сиюминутную слабость, то есть нежелание в нужный момент вмешаться в сирийский кризис, Европе пришлось платить сторицей. Западный мир ошибся, думая, что имеет дело с периферийным конфликтом, который его не касается. Из внутреннего он быстро перерос в региональный, а затем и в глобальный, а расхлебывать последствия пришлось все той же Европе, считает дипломат, в разные годы успевший поработать в Москве, Дамаске и Вашингтоне.

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Image caption

В 2014-2015 годах Европа столкнулась с наиболее серьезным за последние десятилетия миграционным кризисом, худшим со времен Второй мировой войны

Сирийский конфликт стал катализатором необратимых процессов и событий, с которыми пришлось столкнуться Европе — терактами экстремистов из ИГ (группировки, запрещенной в России) в европейских городах, небывалым за последние 70 лет гуманитарным кризисом и наплывом беженцев, последующим ростом антимигрантских настроений и подъемом популистских и ультраправых партий.

«Пришло время новых авторитарных лидеров, с Путиным во главе колонны», — замечает в книге дипломат, указывая на приход к власти «друзей Путина» — политиков правого толка Виктора Орбана в Венгрии, Ярослава Качиньского в Польше и Маттео Сальвини в Италии.

Привыкли к миру, устали от войны

Усталость от прежних конфликтов, нежелание рисковать и добавлять еще один неразрешенный кризис в копилку к имеющимся — главные причины, побудившие Европу и США оставаться до определенного времени в стороне.

Расчет оказался неверен, размышляет дипломат: европейцы, помня о муджахеддинах в Афганистане, не торопились помогать умеренной оппозиции, тогда как более радикальные группы поддерживались Катаром, Турцией и Саудовской Аравией.

Башару Асаду, с самого начала говорившему о борьбе с террористами, а не оппозиционерами режиму, постепенная радикализация умеренных сил была только на руку.

«Война в Сирии началась в неподходящее для Запада время, — объясняет дипломат в интервью Би-би-си. — Ни Европа, ни США не хотели повторения Афганистана, нового Ирака или новой Ливии. Ввязываться в новый конфликт не было никакого желания». Именно эта «усталость от войны» не позволила в августе-сентябре 2013 года администрации Барака Обамы поддержать вооруженную сирийскую оппозицию, пишет Дюкло. Этим, в свою очередь, спустя несколько лет сумел воспользоваться Путин, продолжает дипломат.

Поняв, что Европа не будет препятствовать, в 2015 году Россия вмешалась в конфликт на стороне Асада. Путин увидел в Сирии «возможность заработать очки против Запада и отомстить за Ливию», пишет в книге французский посол.

В октябре 2011 года Россия не применила право вето при голосовании в Совбезе ООН о начале западной военной операции в Ливии, закончившейся свержением ливийского лидера Муаммара Каддафи.

Когда вмешательство легитимно?

В книге «Долгая сирийская ночь» Дюкло задается вопросом, когда и при каких обстоятельствах вмешательство сторонних сил в чужой конфликт можно считать легитимным?

Правообладатель иллюстрации
Reuters

Image caption

Армия Сирии взяла под контроль старый город Хомса в 2014 году

В интервью дипломат оговаривается, что не хочет безапелляционности и категоричности: «В книге я очень осторожен и не рублю с плеча, но все же если мы хотим сохранить определенные ценности западного мира, мы должны быть способны в некоторых случаях применять силу, даже если это идет вразрез с теми же самыми ценностями».

Сирия в его глазах — больше чем территория, на которой разворачиваются кровопролитные сражения. Сирия, пишет Дюкло, стала символом разрушения ценностей, дорогих западному миру, и опасным прецедентом для будущих поколений. «В новом мире, где авторитарные режимы растут как грибы, кто сможет противостоять им, если однажды они решат по-асадовски разобраться с несогласными?»

За свою политику невмешательства в Сирии Западу пришлось заплатить большую цену. Именно конфликт в Сирии, как считает бывший посол в Дамаске, привел в конечном счете к подъему правых настроений в европейском обществе и к разрушению принятых в западном обществе норм ведения войны и отношения к правам человека. Применение запрещенного оружия, пытки промышленных масштабов, бомбардировки мирного населения стали обыденностью, о правах человека никто не помнит, пишет Дюкло.

Сирийские власти отрицали обвинения в применении химоружия и пытках.

По разные стороны конфликта

Правообладатель иллюстрации
AFP

Image caption

К традиционным Асаду и лидеру «Хезболлы» Хасану Насралле прибавился образ Путина. Медные тарелки продаются в старом городе Дамаска

Причину проигрыша Запада в сирийской войне дипломат видит в почти стопроцентной асимметрии действий США и России по отношению к конфликту.

В 2013 году Барак Обама не сдержал обещания наказать Сирию, если та переступит символическую «красную черту» и применит запрещенное химическое оружие на территории страны. Обама тогда отдал предпочтение мирному разрешению конфликта, и за предположительной химатакой в пригороде Дамаска в 2013 году последовал не военный удар со стороны США, а соглашение о вывозе химоружия из Сирии, достигнутое в том числе с помощью России. Сирийские власти отвергали обвинения в применении химоружия и обвиняли в этом повстанцев.

Американцы наносили дважды точечные удары в ответ на предположительное применение правительственными войсками химоружия — в апреле 2017-го и 2018-м годах, но, как говорит экс-посол Франции, спорадический характер подобных ударов лишал их нужного политического эффекта.

Путин, с другой стороны, последовательно поддерживал Асада, а в 2015 году под предлогом борьбы с джихадизмом открыто выступил на стороне сирийского режима с целью не допустить свержения президента.

  • Два года операции в Сирии: чего добилась Россия и какой ценой

«Можно говорить не столько о победе как таковой России Путина, сколько об отступлении, и в конечном итоге проигрыше Запада. Русские выиграли в большей степени потому, что американцы почти не воевали. В Сирии образовалась стратегическая пустота, которую с удовольствием заполнила Россия», — продолжает в книге дипломат. Корни нового противостояния между Россией и западным миром находятся не в Сирии, но благодаря ей они укрепились и разрослись, Путин намеренно пошел на конфронтацию с западным миром, сочтя ее более выгодной, чем поиск кооперации, считает Дюкло.

«Россия Путина после аннексии Крыма пребывала в состоянии экзальтации внутри страны, но на международной сцене была в некоторой изоляции. Вступление в сирийский конфликт позволило вернуть Россию на дипломатическую арену, даже если Путин, возможно, не предполагал, насколько правильным окажется расчет. (…) Военный вклад в Сирию сделал его невероятно популярным на Ближнем Востоке и существенно поправил российские дела на международной арене».

Что дальше?

Правообладатель иллюстрации
Getty Images

Асад в настоящий момент контролирует две трети территории Сирии, но будущее конфликта находится не в его руках. Дюкло хотя и называет главным победителем и бенефициаром сирийского конфликта Путина, но оговаривается, что в одиночку ему не справиться, так как ключи к его разрешению спрятаны сразу у нескольких игроков.

Сегодняшнюю расстановку сил участников в сирийском конфликте Дюкло видит так: 40% у Путина, 30% — у Ирана, остальные 30% делят между собой Турция, Израиль, США и другие менее заметные силы. «Если бы Путин захотел мира в Сирии завтра же, этого было бы недостаточно. Пока нет политического соглашения о Сирии, ничего нельзя сделать».

Правообладатель иллюстрации
AFP

Сирийские власти вместе с российской авиацией продолжают бои за Идлиб, где остается более 50 тысяч повстанцев, среди которых около 30 тысяч — джихадисты экстремистской группировки «Хайат Тахрир аш-Шам» (запрещена в России), связанной с «Аль-Каидой» (запрещена в России). Интересы России и сирийских властей в этом районе пересекаются с целями Турции, которая хочет контролировать приграничные территории, где проживают курды.

Турция считает, что курдские отряды связаны с Рабочей партией Курдистана, уже более 30 лет ведущей вооруженную борьбу за независимость. Турция считает организацию террористической и поэтому хочет выбить их из Сирии. России важно поддерживать сирийские власти и укрепить их влияние на севере, чтобы начать восстановление Алеппо, и при этом постараться не ссориться с Турцией, чтобы не подтолкнуть Эрдогана в объятия США.

Американцы начинают осознавать, что уход из Сирии был ошибкой (Дональд Трамп в декабре 2018 года объявил о выводе всех 2000 военнослужащих из Сирии), небольшая часть американских военных остается на севере Сирии и оказывает поддержку курдским силам — тем самым, против которых выступают турки.

Курды, входящие вместе с сирийскими повстанцами в коалицию «Демократические силы Сирии», которая вместе с США воевала с ИГ, находятся на востоке Сирии, богатом нефтью и газом.

Сирийский конфликт остается не потухшим геополитическим вулканом, говорит Дюкло. Зоны влияния, которые установили Турция в приграничных районах и поддерживаемые США повстанцы на северо-востоке, сохранятся в будущем, к хаосу могут добавиться разногласия между Россией, Турцией и Ираном о будущем Сирии. «Пока Россия рассудила, что союз с Ираном дает им преимущества…Но Россия может еще нас всех удивить», — не исключает дипломат в книге.

Правообладатель иллюстрации
AFP

Западные страны, пишет Дюкло, не наступят на старые грабли: настаивая на отставке Асада как предварительном условии для мирного диалога, они закрывали возможные двери для переговоров с Россией, которая раз за разом пользовалась правом вето и не пропускала посвященные Сирии резолюции в Совете Безопасности ООН.

Есть ли шанс, что в 2021 году, когда очередной президентский срок Асада подойдет к концу, участники сирийского конфликта смогут договориться о будущем руководстве страны в правовом поле, не прибегая к столь ненавидимой русскими «насильственной смене режима», вопрошает дипломат. Уже сейчас нужно вести с Путиным подобные разговоры, убежден Дюкло.

*По последним данным, UNHCR оценивает число зарегистрированных беженцев из Сирии в 5,6 млн, число людей, вынужденных бежать из своих домов, но оставшихся в Сирии (внутренне перемещенные лица), оценивают еще в 6 млн. Население Сирии до войны составляло около 22 млн, таким образом, с учетом беженцев и внутренне переселенных лиц, больше половины сирийцев покинули свои дома в результате войны.

От протестов к переделу сфер влияния

Конфликт в Сирии начался в 2011 году с антиправительственных протестов и постепенно перерос в полномасштабную войну, в которой последние четыре года участвует сразу несколько стран.

  • Жизнь и смерть в Сирии Пять лет войны: что осталось от страны?

В конце февраля 2011 года, воодушевившись событиями «арабской весны» в соседних странах, где власть к тому моменту уже потеряли Хосни Мубарак в Египте и Зин аль-Абидин Бен Али в Тунисе, группа подростков мелом написала на стенах школы «Твоя очередь, доктор».

Правообладатель иллюстрации
AFP

Image caption

В 2011 году по нескольким сирийским городам прокатилась волна протестов. 25 марта (на фото) протестующие в Дамаске скандируют «Дераа — это Сирия. Мы пожертвуем собой ради Сирии»

Офтальмолог по профессии, президент Сирии Башар Асад намек понял. Подростков арестовали, что, в свою очередь, вызвало серию протестов, каждый из которых жестко подавлялся силами безопасности.

Вплоть до 2013 года в конфликте почти не участвовали внешние силы, боевые действия велись между правительственными войсками и Свободной сирийской армией, частично состоявшей из бывших военных сирийской армии. Постепенно часть сирийской суннитской оппозиции радикализовалась и примкнула к пришедшему из Ирака «Исламскому государству» (группировка запрещена в России).

Ситуация осложняется демографическими и конфессиональными особенностями Сирии: находящиеся в меньшинстве алавиты (12% населения) правят суннитским большинством. Семья Асадов, руководящая страной с 70-х годов, с самого начала подчеркивала светский характер режима, делая ставку на арабский национализм. Из других национальных и религиозных меньшинств в стране — курды, шииты, друзы и христиане.

В 2013-2015 годах происходит феномен интернационализации конфликта. Локальная гражданская война становится региональной, а позже глобальной. Сначала в 2013 году вступает в конфликт на стороне сирийского правительства ливанская шиитская радикальная организация «Хезболла».

Именно участием «Хезболлы» в конфликте, до тех пор во многом остававшимся внутренним делом сирийцев, Дюкло объясняет начало радикализации сирийских повстанцев. Тогда же проявляется религиозная сторона конфликта — сунниты в стане оппозиции режиму против алавитов во власти и шиитов из «Хезболлы».

  • Операция в Идлибе. «Только Россия может остановить эту бойню»
  • За Идлиб и «Новичок»: в мире поменяются правила расследования химатак

В 2013 году действовавшие в Ираке джихадисты из рядов иракского отделения «Аль-Каиды» начинают наступление в Сирии, назвавшись ИГИЛ — «Исламское государство Ирака и Леванта», сменив чуть позже название на ИГ.

  • «Исламское государство»: история с начала

Они обосновываются в Ракке на севере Сирии и провозглашают халифат. В 2014 году международная коалиция под началом США начинает бомбардировки позиций ИГ.

В 2015 году Башар Асад фактически терял контроль над страной, и в конфликт в нужный для сирийского лидера момент вступил давний союзник — Россия.

Правообладатель иллюстрации
AFP

Image caption

Сторожевой корабль «Пытливый» на российской военно-морской базе в сирийском Тартусе. Сентябрь 2019-го

Гуманитарные организации, журналисты и ООН неоднократно обвиняли сирийские власти в применении химоружия против гражданского населения или умеренной оппозиции. Сирийские власти решительно отвергали обвинения.

При помощи России правительственные войска с 2015-го по 2017-й годы расширяют зону контроля над страной. В декабре 2016 года сирийская армия возвращает контроль над крупнейшим городом страны Алеппо.

Правообладатель иллюстрации
AFP

Image caption

Алеппо вернулся под контроль сирийских военных в декабре 2016 года

В декабре 2018 года американский президент Дональд Трамп объявил о победе над «Исламским государством» и скором уходе 2000 американских военных с севера Сирии. Сейчас небольшая часть американских военных продолжает оставаться в регионе.

В августе 2019 года эксперты заговорили об опасности возвращения «Исламского государства».

Дюкло работал послом в Сирии с 2006 по 2009 год

Источник: bbc.com

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *